Иран наносит ракетный удар по базам США в Иордании в ответ на ракетную атаку Америки по иранским целям.   

Возвращаемся к теме визита главы ЦРУ и применяем дедукцию, так как публичная информация касательно данного визита – курам на смех.

Визит руководителя ЦРУ в Москву с учетом технических сложностей и сопутствующей конспирологии мог касаться лишь точечной темы, которая лежит вне широкой переговорной повестки на уровне Трампа-Путина, Рубио-Лаврова, Бэссента-Силуанова и так далее.

Для челночной дипломатии есть на худой конец Кушнер и Уиткофф.

То есть, вывод номер один – произошло точечное обсуждение вне широкой повестки.

Далее. С учетом скоротечности визита – это не были переговоры в классическом понимании.

Это было донесение информации и считывание реакции противоположной стороны.

И это была тема для конфиденциального обсуждения в узком кругу.

Возможность сказать то, что озвучивается лишь при личной встрече. Учитывая все перечисленные выше факторы, разговор не мог идти о российско-украинской войне либо об угрозах восточному флангу НАТО со стороны РФ.

Более того, можно с уверенностью сказать, что все озученные околоофициальные версии, которые публиковались в прессе – априори ошибочны.

Задача этих версий – стать дымовой завесой, фальш целью, отвлекающей внимание публики от реальной темы встречи.

От темы, которую нельзя публично озвучивать и легитимизировать.

И уж точно глава ЦРУ не ездил в Москву, чтобы обсудить тему мобилизации в РФ или состояние российской экономики. Это, вообще, объяснение для очень наивных.

Посему, кроме Ирана, версий нет.

Более конкретно: США могли тестировать реакцию РФ на применение Америкой тактического ядерного оружия по иранским военным объектам. С лета прошлого года, иранская ядерная программа – это полоса "сингулярности безопасности" для США и Израиля. Особенно, для Израиля.

Иранская ядерная бомба как кот в суперпозиции в ящике Шредингера: ее нет и она есть, одновременно.

США не могут выйти из иранского клинча, потому что тогда вопрос ядерного оружия у Ирана – это вопрос времени.

Но и оставаться в клинче бесконечно долго не могут - это вопрос престижа. Иранская компания уже, скорее всего, стоила республиканцам большинства в двух палатах Конгресса на осенних выборах.

Приближается крайне нелюбимый Трампом трек оппозиционного парламента и череда попыток импичмента.

А если ситуация с Ираном затянется, то республиканцы потеряют и пост президента в 2028 году.

Не поможет даже то, что Вэнса тщательно дистанцировали от иранской авантюры.

Кроме того, в Израиле скоро выборы и позиции Нетаньяху могут существенно ослабнуть.

Поэтому у Трампа очень мало исторического времени.

Кодекс "ядерного клуба стран" предполагает уведомление о проведении испытаний ядерного оружия, учений и тем более о его применении.

Но у визита Рэтклиффа могла быть и причина "с двойным дном": использовать россиян для запуска дезинформации.

То есть, приехать в Москву якобы для тестирования реакции россиян на применение ТЯО в Иране, в надежде на то, что Москва тут же известит об этом Тегеран, а тот испугается и пойдет на заключение с США комплексного соглашения, урегулирующего и вопросы иранской ядерной программы, и тему Ормуза.

В таком случае, ЦРУ просто использовало россиян для информационной спецоперации против Ирана.

Кстати, это очень похоже на многоходовку спецслужб.

Ну и как я и прогнозировал, в сентябре ситуация на Ближнем Востоке выруливает к эскалации.

Что касается ТЯО, то это очень тревожная для нас тема, с учетом волнового эффекта, связующего ближневосточную войну и российско-украинскую.

Поэтому будем надеяться на то, что тут мы имеем дело лишь с американским ИПСО.

Потому что ядерное оружие не применяется в конвенциональных войнах.

Оно является ключевой "валютой ужаса", которой обмениваются участники глобальной игры в рамках взаимного устрашения.

Задача ядерного оружия - не убивать, а капитализировать его обладатей.

Хиросима и Нагасаки – это трагическое исключение из правил, скорее испытание ядерного оружия на людях и демонстрация силы.

Ядерное оружие могло быть применено лишь тогда, когда оно было лишь у одного участника войны, как инструмент геополитического "покарания".

В руках одного участника, оно не может быть инструментом по "обмену ужасом", так как просто не с кем "обмениваться". Сейчас ситуация кардинально иная.

Есть "мировой банк" ядерного оружия в рамках клуба ядерных стран и есть капитализация статуса обладателя.

Риск примененя ядерного оружия остается лишь у стран-изгоев ядерного клуба. Сейчас это КНДР.

Но может появиться и второй изгой – Иран.

Израиль и США получили эту экзистенцию в рамках своих действий летом прошлого года, когда пытались уничтожить ядерные объекты Ирана конвенциональным оружием.

В итоге – ингулярность безопасности.

США могут применить ТЯО как инструмент устрашения, но тогда они условно обнулят свой ядерный статус в рамках "глобальной биржи безопасности".

Ведь тогда и другие страны станут применять ТЯО в конвенциональных войнах.

А на стратегическом уровне "обмен ужасом" также обнулится, что сформирует порог рисков, который поставит на паузу глобальную экономику. И не на пару дней, как во время Карибского кризиса, а надолго.

Потому что все инвестиции уйдут в строительство бункеров судного дня.

Именно осознание данных рисков и остановило США от применения ТЯО в далекой Корейской войне.

Потому что уже был партнер для глобального "обмена ужасом" – СССР.