Женевские сложности мирного процесса На швейцарской территории прошли непростые, но важные переговоры между делегациями Украины и России. Хотя какой-либо конкретики по их результатам пока не озвучено, тем не менее общий фон подается как конструктивный, и даже звучат формулировки о предметности в ходе раунда международного диалога.  

Что характерно глава российской делегации Мединский даже провел отдельную встречу с украинской стороной без участия американских посредников. Детали переговоров после переговоров также не раскрываются, однако данный процедурный момент привлекает внимание, ведь получается делегации о чем-то недоговорили в присутствии медиаторов от Трампа.

Наверно самым обнадеживающим для партии мира выступает анонс нового раунда переговоров, который будет в Швейцарии в ближайшее время. Во всем остальном движения вперед в плане оформления договоренностей о перемирии или мире не фиксируется. Отдельные источники довольно смело характеризуют Женеву, как провальный раунд.  

Одной из проблем женевского этапа мирного процесса выступает крен в позиции США. Американцы являются стороной заинтересованной в укреплении имиджа президента Трампа, как миростроителя. Но настрой на быстрый успех, как было по Газе, Камбодже или ДР Конго в случае российского вторжения в Украину не приходится. Москва выступает нарушителем базовых положений Устава ООН, подрывает принципы добрососедских отношений на мировой арене, и при этом Трамп все еще благосклонен к Путину. Циркулируют оценки, согласно которым Вашингтон давит преимущественно на Киев. Применяются инструменты принуждения Украины к принятию болезненного компромисса.  

Является ли данный аспект элементом того, что в Кремле называют "духом Анкориджа", когда США фактически перестают быть нейтральными, а продавливают сделку с явными асимметриями не в пользу Украины, которая-то и является, в отличие от России частью западного мира. Подвиг украинского народа – не только защита Европы и ее ценностей, но и точка пересборки европейского и евроатлантического сообщества. Тут американцам стоило бы надавить на Москву, а не наоборот.

Вместо этого РФ интерпретирует "дух Анкориджа" в качестве дипломатии больших держав, которые между собой производят, как в Мюнхене в 1938 году, дележ чужих территорий. Путин и его дипломаты во главе с Лавровым протаскивают свое видение решения вопроса Донбасса. Речь идет о выводе с его территории войск Украины и передачу региона под контроль России. Но в свою очередь принципиальным моментом выступает эквивалентный вывод войск российских оккупационных войск с территорий Харьковской, Сумской, Запорожской, Днепропетровской областей, и отвод на территории Донецкой области.

Кто и как после этого возьмет под контроль данную серую зону – важный вопрос переговоров, также как и контроль за исполнением режима прекращения огня.  

Следует акцентировать внимание на таком аспекте, как привязка территориального вопроса к снятию санкций с Москвы и запуском совместных экономических мегапроектов РФ-США на общую сумму в 12 трлн дол. США. Сумма астрономическая, и как зналось бы для Путина при виде таких перспектив давно имело бы смысл завершить вторжение, и дать бизнесу запустить стагнирующую росэкономику.

Такой подход мог бы снять обвинения о том, что Женева – это "игра с нулевой суммой". Однако что-то сильно мешает Путину завершить войну, и перейти к мирному сосуществованию. Эта сложность коренится в самой ущербной идеологии путинизма, рассчитанной на террор и подчинение Европы, включая Украину.