Хотя сегодня еще рано говорить о смене парадигмы в сфере противодействия экономическим преступлениям, первые шаги Бюро экономической безопасности уже можно считать маркером и потенциальной основой для долгосрочных изменений. И на пути к настоящему институциональному изменению БЭБ должно выстроить открытый диалог с обществом, иначе не будет тех, кто сможет защитить Бюро в случае давления со стороны власти, пишет в статье "Перезагрузка" БЭБ: способна ли институция избавиться от наследия налоговой милиции — и когда" руководитель направления "Правопорядок" Лаборатории законодательных инициатив Евгений Крапивин.

Он обращает внимание, что БЭБ постепенно уже нормализует отношения с бизнесом, ищет более сбалансированные подходы к регулированию "теневого" сегмента, а также пытается создать условия, при которых работать выгоднее по правилам, чем в обход них. Однако реальный эффект от этих изменений, добавляет Крапивин, можно будет оценить только когда Бюро заработает в полную силу. Прежде всего это произойдет после завершения аттестаций сотрудников и докуомплектации штата.

[see_also ids="674852"]

"До того момента любые оценки неизбежно будут оставаться промежуточными. Удержать заданный курс, параллельно решая кадровые, бюджетные и организационные проблемы, — сложная задача. Но именно от способности БЭБ не свернуть с этого курса будет зависеть, превратится ли "перезагрузка" в реальное институциональное изменение, а не очередную имитацию реформы", — пишет автор.

В то же время основным вызовом Крапивин называет еще и среду, в которой работает БЭБ. Еще в начале новый руководитель Бюро Александр Цивинский декларировал готовность открыто говорить о влиянии неформальных центров принятия решений. Но за полгода работы публичного диалога по этому поводу не произошло. Также открытым остается вопрос, пытаются ли офис президента или другие "неформальные" источники влияния давить на БЭБ.

При этом, по данным ZN. UA, бэк-офис бывшего заместителя главы БЭБ Виталия Гагача до сих пор существует, а власть через него пытается влиять на Бюро. Александр Цивинский во время интервью обещал обратиться к НАБУ и САП за помощью при крайней необходимости. Похоже, такая потребность уже возникла.

"Не менее важным является и вопрос институциональных гарантий независимости самого БЭБ. Опыт антикоррупционной инфраструктуры свидетельствует, что без четко выстроенной системы предохранителей — от процедур назначения руководства до процессуальной автономии — любые попытки изменений остаются уязвимыми к политическому влиянию. И именно в этой плоскости БЭБ пока только в начале пути. У Бюро нет отдельной специализированной прокуратуры и суда, поэтому многое зависит от того, как будут выстроены отношения с прокуратурой, осуществляющей процессуальное руководство. Законопроект №12439, который, вероятно, примут в ближайшие дни, может ухудшить ситуацию для БЭБ. А сколько таких идей у противников этого органа — можно только предполагать", — пишет Крапивин.

Именно поэтому по словам автора, сейчас нельзя говорить о БЭБ как о полностью сформированном органе. Сегодня Бюро находится скорее в процессе становления. И хотя направление его движения правильное, результат все же не гарантирован.

[see_also ids="669540"]

"Изменения в системе должны быть видимыми и проговоренными публично. Без честного и открытого разговора руководства БЭБ с обществом, которое прежде всего заинтересовано в появлении эффективной правоохранительной институции, в случае давления будет сложно найти поддержку извне и построить орган, который действительно стоит на защите экономической безопасности", — подытожил Крапивин.

Напомним, 10 марта комитет Верховной Рады по вопросам правоохранительной деятельности пересмотрел свое решение по законопроекту №12439 и рекомендовал народным депутатам принять его в целом. Инициаторы законопроекта во главе с Сергеем Ионушасом подают его как способ "защитить бизнес", однако на практике законопроект содержит поправки, которые создадут препятствия для расследований, например, коррупции, что вредит бизнесу нормально развиваться.

В частности, в сентябре законопроект раскритиковали в Специализированной антикоррупционной прокуратуре. Там указали, что некоторые предложенные изменения "создают серьезные препятствия для борьбы с топ-коррупцией".